Президент Российской Федерации Владимир Путин
Автор: Ruben Mehrabyan

Армения имеет возможности для диверсификации своих политик, и в этом отношении уже парафированное и готовое к окончательному подписанию Соглашение с Европейским Союзом о всеобъемлющем и расширенном партнерстве (СЕРА) эти возможности в значительной мере расширяет.

Президент Российской Федерации Владимир Путин Фото: Президент Российской Федерации Владимир Путин

ВВЕДЕНИЕ

Политика России в отношении постсоветских государств в совокупности укладывается в единую логику, независимо от того, в какой степени системно она формулируется теми, кто эту политику осуществляет. Логика, алгоритмы этой политики сложились далеко не сегодня и не содержат ничего новаторского в принципе, однако, в инструменты и методику реализации привнесены инновации революционного характера, связанные с мировой информационной революцией, и в деле пользования ее достижениями для продвижения своих задач Россия и ее руководство заняли передовые позиции, а в некоторых компонентах их можно назвать пионерами.

«Доктрину Путина» как таковую мы не найдем в сформулированном виде в основополагающих внешнеполитических документах России. Как и «Доктрина Брежнева»[1] советского времени, ее составляющие складываются из нескольких важных публичных речей Владимира Путина с начала 2000-ых, принятых концепций и доктрин по отдельным сферам[2], знаковых комментариев и выступлений ряда российских политиков – в комплексе с практической политикой РФ постсоветского периода.

«Доктрину Брежнева» как таковую сформулировали западные политики и политологи после его речи на съезде польских коммунистов в 1968г, увидев в нем политико-идеологическое обоснование и оправдание уже проводимой к тому времени политики вмешательства во внутренние дела стран социалистического «лагеря», смысл которой – обеспечение стабильности политического курса этих субъектов, направленного на тесное сотрудничество с СССР, признание его доминирования в этом «лагере», объединенном коммунистической идеологией. Эту доктрину назвали также «доктриной ограниченного суверенитета» стран, входящих в советский «лагерь».

Related image

 

О СУЩНОСТИ «ДОКТРИНЫ ПУТИНА»

Советский лидер в 1968г в Варшаве заявил: «И когда внутренние и внешние силы, враждебные социализму, пытаются повернуть развитие какой-либо социалистической страны в направлении реставрации капиталистических порядков, когда возникает угроза делу социализма в этой стране, угроза безопасности социалистического содружества в целом — это уже становится не только проблемой народа данной страны, но и общей проблемой, заботой всех социалистических стран».

«Доктрина Путина», уходящая корнями в брежневскую, в отличие от своей «предтечи» лишена всякой идеологии и реализуется, естественно, в совершенно иных внутренних и внешних условиях, а к «Евразийству», «Русскому миру» идеология применима с приставкой «псевдо-» при всем при том, что одинаково отвергает либеральные ценности и направлена на системное ослабление Запада.

Однако, в силу фундаментального изменения соотношения сил и ресурсов, если доктрина ограниченного суверенитета при Брежневе реализовывалась по всему миру, то при Путине – лишь на постсоветском пространстве, где, согласно «Концепции внешней политики РФ» от 12.02.2013г, «Россия считает приоритетной задачу формирования Евразийского экономического союза, призванного не только максимально задействовать взаимовыгодные хозяйственные связи на пространстве СНГ, но и стать определяющей будущее стран Содружества моделью объединения, открытого для других государств»[3].

Related imageСо вступлением в должность президента РФ В.Путина в политический обиход СМИ вошло определение «путинизм»[4], объединяющее характерные черты его правления, а термин «Доктрина Путина»[5] появилась уже в марте 2013г.

В частности, в статье под таким названием американский эксперт по России и бывш. СССР Леон Арон отмечает, что в российской политической элите одной из важнейших составляющих внешнеполитического консенсуса является региональная гегемония:

«Для достижения этой цели Москва стремится к новой политической, экономической, военной и культурной интеграции стран бывшего советского блока под руководством России»[6], добавляя, что речь идет о попытке «финляндизации» постсоветских государств, напоминающей советские времена, когда «Москва в период холодной войны контролировала внешнюю политику Финляндии».

В рамках такой схемы Москва позволяет своим соседям самостоятельно выбирать свои внутриполитические и экономические системы, однако сохраняет за собой последнее слово в вопросах их внешней ориентации.

«Соответственно, Кремль занимает очень жесткую позицию в отношении тех бывших советских республик, которые стремятся переориентировать свою внешнюю политику», - констатирует эксперт.

Организации, созданные по инициативе России, как ОДКБ, ЕАЭС, играют роль инструментов реализации[7] «Доктрины Путина», и вопрос членства отдельных государств постсоветского пространства в них становился причиной кризиса или драматических событий, как 3-е сентября в Армении, когда президент Армении в Москве заявил об отказе от Соглашения об Ассоциации с ЕС и намерении вступить в Евразийский союз, как отказ президента Украины Виктора Януковича подписать уже парафированное Соглашение страны с ЕС, что привело к массовым протестам на Майдане в Киеве, развалу его власти, а за этим последовали аннексия Крыма и оккупация части Донецкой и Луганской областей Украины Россией и формированию еще одного «замороженного конфликта».

Image result for майдан

Для политики России включение постсоветских стран в ее союзы, на данный момент – в первую очередь в ЕАЭС, становится принципиально важным, и рычаги «замороженных конфликтов» Москва широко использует для достижения своих внешнеполитических целей, увязывая условия их возможного решения с членством в ЕАЭС.

 
 
«Если мы хотим мира на Кавказе, надо весь Кавказ интегрировать в ЕАЭС», - заявил[8] в Ереване советник Путина по вопросам региональной экономической интеграции Сергей Глазьев.

Но это – лишь региональное отражение того глобального видения миропорядка, которое озвучивает военно-политическое руководство в Москве.

В знаковой статье «Будущий миропорядок»[9] близкий к Кремлю эксперт по международным отношениям Сергей Караганов, излагая главные тезисы своего выступления на тему «Что после "либерального мирового порядка?"», подчеркивает, что

 
 
«лучше новую модель мироустройства начинать строить с предложенного Россией и поддержанного Китаем партнерства Большой Евразии, включающего Европу. И с совпадающего с ним китайского Одного пояса – Одного пути, поддержанного Россией. В старой Атлантике нового, похоже, не зародится».

В его представлении, для установления нового миропорядка «дорога будет опасной и долгой. Лет на 15», и «этот мировой порядок будет гораздо более свободным, чем нынешний, уже гораздо более свободный, чем многие прежние. Уже сейчас навязывание политических систем, культурных и человеческих ценностей становится все труднее. От чего на Западе многие и заламывают руки»[10].

Image result for Multi polar world of PutinДнями позже Караганов заявляет, что началась новая Холодная война между Россией и Западом, а также Китаем и Западом, поскольку «на Западе жадно решили прихватить бывшие российские и советские активы», а также потому что США все жестче сдерживают Китай, пытаясь не допустить расширения зоны его влияния в Тихом оке